Масленица — самый весёлый, разгульный, народный праздник. В глубокой древности он родился как языческий обряд по уходящей зиме-стуже и как бурное ликование в честь пробуждения весеннего света и тепла. Страшное чудовище по имени Морана (богиня зимы, смерти и увядания), наводившее ужас на всё живое, в панике бежало — и её бегство означало временное забвение, вплоть до следующей зимы. А на смену ей, словно возрождаясь, являлось светлое божество весеннего плодородия — прекрасная и весёлая Лада (богиня любви, красоты, гармонии, семейного счастья, плодородия).
По преданию, она шла по Руси, озаряя всё вокруг своим разгульным, ликующим весельем, и отправлялась на поиски своего возлюбленного Леля — божества, связанного с благодатной майской порой и пробуждением земли, — которого злая Морана усыпила и зачаровала где-то в глубоких снегах.
Шли века за веками. Постепенно образ прекрасной богини — вестницы весны и любви Лады — стал сливаться с Масленицей. В этом новом имени растворились и несколько поблёкшие изначальные черты самой Лады и её яркой свиты буйных существ полубожественного, полусмертного рода.
Заклятый враг её, Морана, тоже со временем растеряла почти всю свою мрачную силу, но сам образ злой зимней богини сохранился почти в неизменном виде вплоть до недавних времён.
Читайте также: «Банщики» подготовили спешелы для Масленицы и Великого поста
Уже после крещения Руси в крестьянском быту Масленая неделя традиционно делилась на две части: «узкую» (с понедельника по среду) и «широкую» (с четверга по воскресенье).
Маслёна: честная, весёлая, широкая. Всемирный праздник. Встреча — понедельник; заигрыши — вторник; лакомка — среда; широкий — четверг; тёщины вечёрки — пятница; золовкины посиделки — суббота; проводы, прощанья, целовник, прощёный день — воскресенье
— Русская народная присказка
В крестьянской жизни переход от «узкой» к «широкой» Масленице ощущался очень ярко: от умеренного семейного веселья с работой к полному, безудержному разгулу без всяких дел, с обильным столом и шумными уличными забавами, а в конце — к очищению и прощению перед Великим постом.
Чучело Масленицы — один из самых ярких и древних символов праздника. Оно имело многослойную символику, связанную с языческими представлениями о цикле природы, смертью/возрождением и плодородием.
Но не всегда чучело было из соломы. В Сибири на палку одевали целые снопы. Где-то с песнями, с пляской возили по улицам дерево, причудливо изукрашенное бубенцами, колокольчиками и яркими лоскутьями.
В «последний путь» Масленицу провожал пожилой мужчина, чаще старик. Поражает, что и в отдалённых друг от друга местностях — в Архангельской области, на Урале, в Сибири — давали не только сходное описание обряда, но и характеризовали его одинаковыми словами: «Был один чудной такой». Этот «чудной» кривлялся, шутил, вёл себя непристойно, иногда обнажал срамные части тела, был увешан берёзовыми вениками. Кроме балалайки, он держал время от времени штоф с «государевым вином», помимо него, иногда прикладываясь и к бочонку с пивом, стоявшему подле о́бок с «блинным коробом».
Читайте также: Спешелы на Масленицу в ресторанах Москвы
Все забавы связаны с предшествующей строгому воздержанию беспутной — соромной (срамной) неделей. Справляли Масленицу как в деревнях, так и в городах.
Разумеется, в городах наиболее архаические черты её были утрачены: ходили в гости, устраивали балы, маскарады, в столичных театрах всю неделю давали дневные спектакли. Но сохраняли специфические особенности: пекли блины, в ресторанах и трактирах, разъезжали по улицам в разукрашенных санях, запряжённых парами и тройками лошадей с бубенцами под дугой. Катались с гор, спуски которых покрывались льдом. Такие, например, устраивали в Петербурге у Адмиралтейства, на Дворцовой площади, позже на Марсовом поле. В Москве гулянья были на Новинском бульваре и Неглинке. Около горы устраивались балаганы, выступали деды-раешники, продавали сладости.
В качестве «аниматоров» выступали скоморохи-потешники, гусельники-кукольники (прообраз современного Петрушки), «весёлые гулящие люди», с которыми братались-пировались. Являясь старейшими представителями русской народной словесности, прямые преемники древнегреческих и римских «гистрионов» и «мимов» с XI века до второй половины XVII столетия не сходят со страниц летописей и других памятников духовной и светской письменности.
До X–XII веков и особенно после крещения Руси на весенних проводах зимы ели жертвенные лепёшки (пресные или кислые) из ячменя, овса, проса — круглые плоские хлеба как подношение богам (Перуну, Яриле). Ещё жарили и запекали овсяный, гороховый и ржаной кисели, готовили каши и молочные продукты — творог, сыр, сметану. Позже блины вытеснили и частично вобрали эти традиции благодаря простоте, дешевизне и идеальной «солнечной» форме.
Языческая тризна по зиме-Моране была вместе с тем на Руси и тризною по всем «прежде почившим». Масленая неделя в некотором смысле связана и с поминовением родителей, что особенно ярко выражается в обычае печь в это время блины, являющиеся необходимой принадлежностью поминок. Так, в некоторых местностях первый испечённый масленичный блин клали на слуховое оконце — «для родителей», приговаривая: «Честные наши родители! Вот для вашей душки блинок!»
А ещё первый блин часто отдавали нищим (на помин усопших), скармливали скоту (для плодородия), бросали в поле или жгли (ритуал передачи силы земле).
Были и хитрости приготовления, граничащие с мистицизмом. Например, блинная опара затевалась с выполнением особых заветов. «Месяц, ты месяц, — причитали с вечера домовитые хозяйки-стряпухи, — золотые твои рожки! Выглянь в окошко, подуй на опару!» Кто не забудет сказать это, у того и блины выйдут рыхлые и белые. Приготовление первой опары держится втайне от домашних — не то всю неделю не будет ей давать покоя тоска-докука.
Кстати, прозвища Масленицы связаны с изобилием масленичной еды: полизуха, объедала, блинодела, сыроеда, обируха. Церковь Масленицу традиционно не праздновала, и её воздействие сказалось, пожалуй, только в обычаях не есть в эту неделю мясного.
Поскольку мясо запрещено, а молочное, яйца, рыба и мучное разрешены, на столе преобладала молочно-яичная еда. Как мы знаем из этнографических описаний XIX — начала XX века и фольклорных источников, помимо блинов, ближе к нашему времени в Масленицу ели:
Основным напитком на гуляньях являлся сбитень — горячий медовый напиток с пряностями, попросту нагретый мёд. Продукт брожения водного раствора мёда с сахаром — медовуха, иногда делалась с ягодами и хмелем и больше напоминала не глинтвейн, а сидр. Также пили чай и узвар, а варенье, орехи в меду подавали как десерт.
Об употреблении крепких напитков нам рассказывают поговорки: «О масленой — неделю пируешь, семь опохмеляешься!», «Пили на Масленице, с похмелья ломало на Радоницу!». Пили водку, пиво, сбитень. Иногда обливали чучело спиртным перед сжиганием — чтобы «вспыхнуло ярче».
В ход шли все виды крепких настоек: рябиновка, берёзовица, ерофеич и запеканка — горшок с самогоном, обмазанный тестом, доведённый за несколько часов до вкуса в остывающей печи.
Интересно рассказать про «немецкую Масленицу». Так говорили о людях, не успевающий нагуляться за неделю и опохмелившихся в Чистый понедельник. «Широка река Масляна: затопила и Великий пост!» — добавлялось в оправдание доедающим в первый постный день оставшийся «поганый кусок» и «полощущим рот» недопитым вином.
Читайте также: Блин блинский, куда пойти на Масленицу в Москве
Евгений Сарамуд, директор музея-заповедника «Горки Ленинские», заявляет: «Научные сотрудники музея-заповедника „Горки Ленинские“ обратились к монографиям, архивам и этнографическим материалам, чтобы понять суть самого весёлого, шумного праздника, компоненты его обрядности. Так мы вернули общественный характер праздника: в гуляньях за один день принимают участие около 7000 человек».
Инна Харитонова, пресс-секретарь музея-заповедника «Горки Ленинские», рассказывает: «Уже в одиннадцатый раз в музее-заповеднике будет сожжено самое высокое чучело Масленицы в России. На его создание требуется три недели, 600 метров бруса, 80 метров ткани, 70 метров досок. За неделю до праздника Маслёну собирают при помощи строительного крана. „Этажи“ чучела специально заполняют сеном, низ укрепляют брёвнами. Мы знаем, что некоторые сотрудники в эти „этажи“ кладут блины, сладости на счастье.
Когда в современном русском языке употребляют слово «жечь» в значении артистично и весело себя вести, это точно из масленичных традиций. Потому как «жечь» — главный атрибут праздника. Масленичный костёр собирали из соломы, дров, хлама. Где-то материал для костра надо было обязательно украсть. Иногда для большего эффекта поднимали хлам на деревянном рычаге — дань солярному культу. Особенно часто сжигали старые смоляные и дегтярные бочки. Когда сооружали чучело из соломы, одевали его в женский наряд, который покупали «миром» у какой-нибудь женщины, в одну руку вставляли блин, в другую — бутылку водки».
А ещё, также следуя традициям, на Масленице в музее-заповеднике «Горки Ленинские» всегда открыта ярмарка локальных продуктов: фермерские сыры, крафтовое масло, 30%-ная сметана, творожные кремы. На блинном рынке можно купить и попробовать разные виды блинов: дрожжевые или бездрожжевые, гречневые или пшеничные.
Фото: онлайн-экспозиции Русского музея; пресс-службы и соцсети ресторанов и музея-заповедника «Горки Ленинские»; Яндекс Карты