Несколько лет назад сооснователь The Bix Даниил Гольдман оказался в Новом Орлеане на фестивале Tales of the Cocktail. Там же выступал музыкант Константин Гевондян (впоследствии сооснователь и арт-директор The Bix). И вместо того, чтобы проводить дни на фестивальной выставке, они отправились исследовать местные джазовые бары.
Так бар получил имя одного из самых известных трубачей эпохи джаза.
Создатели признаются: они с самого начала хотели построить место, куда будут приходить не только за напитками. «The Bix делался как бар, где поженятся классные коктейли и крутой джаз. Мы сразу выбрали сеттинг ревущих двадцатых, а фундамент этой декады — безудержное веселье и эскапизм», — объясняет Маргарита Ланкина.
При этом команда никогда не пыталась подстроиться под тренды. «Мы просто сделали постоянную классную атмосферу, на неё пришли правильные гости. Мы не прогибались концептуально и по вайбу. Не ставили диджеев, не делали вечера попсы. Постоянство даёт свои плоды», — уверен Даниил Гольдман.
The Bix практически не подвергся влиянию быстротечной моды, скорее наоборот, все эти годы он последовательно выстраивал собственную вселенную — вокруг может происходить что угодно, но внутри всегда будет праздник.
Поначалу создатели думали о новоорлеанском джазовом баре, но постепенно концепция изменилась. «Мы открыли не новоорлеанский, а просто американский бар. Скорее даже нью-йоркский», — вспоминает Даниил.
«Было помещение с классной арендой, и под него идея и вспомнилась. Натянули сову на глобус», — смеётся Даниил. Сегодня сложно представить The Bix где-то ещё, хотя в самом начале пространство выглядело совсем иначе.
Бар открылся летом, кондиционеров ещё не было. «Пришло человек двести, играл большой бэнд Гевондяна. Мы растаяли на этой жаркой тусовке одновременно от температуры в помещении и от общего драйва», — вспоминает Маргарита Ланкина.
Даниил добавляет, что тогда в баре ещё не было высоких столов, стояли «ужасные диваны», а многие детали интерьера оставались недоделанными. За восемь лет мебель почти полностью поменяли. Первоначальная рассадка оказалась не самой удачной, поэтому концепцию постепенно переработали. Но многое сохранилось до сих пор: барная стойка, сигарная комната, зеркала, кожаный диван, обои и даже коктейльный драфт.
На следующее утро идея почти забылась. Спустя несколько месяцев Гольдману предложили помещение на Патриарших прудах, но, что в нём открыть, он не понимал. Именно тогда его супруга Софья напомнила про разговор в Новом Орлеане — так случайная идея превратилась в будущий проект.
Пожалуй, именно поэтому сегодня гости The Bix сами поддерживают атмосферу: знают традиции бара, приходят на тематические вечеринки обязательно в костюмах и воспринимают это место скорее как клуб единомышленников, чем как просто очередной коктейльный бар. В какой-то момент среди постоянников даже появился свой чат, и, чтобы в него попасть, проводились собеседования одним из главных гостей — Эмилем, прямо в курилке бара.
За восемь лет в The Bix появилось множество собственных традиций. Здесь отмечают американские праздники, режут индейку на День благодарения и устраивают вечеринки в честь отмены сухого закона. «В Москве мало где День благодарения или Рождество празднуют. А это прикольно же, — говорит Даниил. — И я точно знаю, что напиваться на День отмены сухого закона — это весело».
Не меньше вопросов когда-то вызывали джазовые концерты и бурлеск. Но команда не сомневалась, что такой формат найдёт своего зрителя. «Мне было очевидно, что диджеи уже всех достали. Хотелось открыть клуб с живой музыкой. Такой условный „Симачёв“, только с джазом вместо диджея. Вроде получилось», — считает Даниил Гольдман.
Маргарита Ланкина вспоминает, что страха тоже не было: «Сразу казалось, что тема прикольная и благодатная. Было чёткое понимание концепции, пути и миссии. Уже в первый год мы получили премию Barproof как открытие года и тогда окончательно убедились, что всё сделали правильно».
Фото: пресс-служба и соцсети бара
За восемь лет The Bix не изменил себе. Здесь по-прежнему каждый вечер играет живой джаз, а переступая порог, можно совершить маленький побег от реальности. И главным правилом остаётся то, которое команда сформулировала ещё в самом начале: вокруг может происходить что угодно, но внутри всегда должен быть праздник.
Эпоху ревущих двадцатых команда выбрала не только из-за любви к джазу. «Нас вдохновляла эстетика двадцатых. Она вся была направлена на эскапизм. И The Bix тоже — вокруг хаос, а у нас всегда праздник», — объясняют создатели бара.
Идея до сих пор читается во всём: в живом джазе, который здесь играет ежедневно, в коктейльной карте с классикой и авторскими твистами, в американской кухне с кобб-салатом, гамбо, гриль-чизом и мак-энд-чизом, в бурлеске, в тематических вечерах и абсолютной уверенности, что любой день вполне подходит для маленького праздника.
За годы существования у The Bix появились собственные маленькие легенды, одна из любимых деталей Даниила Гольдмана — коктейли на кранах. «У Бикса Байдербека был корнет, весь покрытый гравировкой. Я придумал сделать коктейльный драфт с таким же узором. Вообще с коктейлями на кранах мы тогда были одними из первых в России», — рассказывает он.
Есть и семейная реликвия: металлическая рамка с портретом Бикса Байдербека, принадлежавшая бабушке подруги одного из учредителей. Её привезли из США специально для бара. «Однажды рамку украли. Но потом вернули», — говорит Маргарита Ланкина.
